Нефть в голову

Ситуация на Ближнем Востоке окончательно вышла за рамки классического локального конфликта. В первые дни все воспринималось как серия очередных превентивных ударов ЦАХАЛа по Ирану. На деле это оказалось началом сложнейшего многоуровневого процесса по полному демонтажу иранской военно-политической машины.

По признанию премьер-министра Биньямина Нетаньяху, Израиль столкнулся с историческим вызовом: либо решительное действие сейчас, либо признание Ирана ядерной державой в ближайшие месяцы. Стратегическую цель операции «Рычание льва» сформулировали предельно ясно: лишить Тегеран возможности завершить создание «ядерного зонтика», который навсегда изменил бы правила игры, сделав иранскую «индустрию смерти» неуязвимой для любого внешнего воздействия.

«Теперь это уже не тот Иран, который представлял собой угрозу в прошлом. Это уже не та сила, против которой ничего нельзя сделать и против которой никто не может объединиться. Мы добились огромных успехов и меняем баланс сил на Ближнем Востоке и за его пределами», – заявил Нетаньяху, подводя итоги двух недель операции. Израилю и его союзникам удалось обезглавить иранскую систему управления. Генерал-майор Аарон Халива – глава израильской военной разведки, АМАНа, охарактеризовал текущее состояние иранской верхушки как «глубочайшее бедствие». События последних дней закрепили этот крах: в результате точечных ударов по Тегерану были ликвидированы Али Лариджани, это секретарь Высшего совета национальной безопасности, и ГоламрезаСулеймани, командующий иранского народного ополчения «Басидж». После ликвидацииЛариджани, отмечает The Jerusalem Post, у режима больше не осталось тех, кто способен вести осмысленный диалог на языке дипломатии – единственным инструментом коммуникации осталось военное противостояние.

Политический ландшафт Ирана сегодня представляет собой «серую зону». Номинальный президент Масуд Пезешкиан остается формальным главой исполнительной власти, но фактически отстранен от принятия стратегических решений при агонизирующем КСИР, «Корпусе стражей исламской революции». Еще более призрачной выглядит фигура нового Высшего руководителя: после ликвидации Али Хаменеи в самом начале операции его преемником был поспешно объявлен его второй сын Моджтаба. С 8 марта тот ни разу не появлялся на публике. Официальный представитель МИДа Ирана Эсмаил Багаи в интервью Corriere della Seraвынужден был подтвердить ранение лидера, туманно заявив, что «с ним все в порядке», но дата его первого обращения к нации неизвестна. Источники The New York Times говорят о ранении ног, но иранская оппозиция рисует куда более фатальную картину. По их данным, Хаменеи-младший получил тяжелейшие ранения брюшной полости еще в первый день операции и с тех пор находится без сознания на аппарате ИВЛ. Это создает сюрреалистичную ситуацию: формальный глава режима, вероятно, даже не подозревает ни о гибели отца, ни о собственном «назначении» Советом экспертов. Он просто удобная ширма для остатков командования КСИР.

Осознав невозможность прямой военной победы, КСИР перешел к реализации сценария регионального хаоса. Не имея возможности эффективно противостоять ВВС Израиля и коалиции, иранские силы сосредоточились на дестабилизации мировых рынков. Минирование Ормузского пролива и акты открытого пиратства в Персидском заливе стали попыткой взять мир в заложники. Автономные группы операторов БПЛА, действуя без единого центрального командования, начали террор против гражданской инфраструктуры арабских государств. Удары по опреснительным заводам, нефтяным хабам в Фуджайре и гражданским аэропортам Дубая и Абу-Даби были призваны сделать цену поддержки Израиля неприемлемой для соседей.

Однако эффект оказался обратным. Вместо того чтобы принудить мир к деэскалации, Тегеран добился своей полной дипломатической дискредитации. Совет Безопасности ООН в своей недавней резолюции фактически выдал коалиции карт-бланш на продолжение операции. Примечательно, что в документе акцент сделан исключительно на агрессивных действиях Ирана против соседей, в то время как удары коалиции по иранской территории фактически вынесены за скобки обсуждения. Это подчеркивает статус Ирана как государства-изгоя, лишенного какой-либо внешней поддержки в текущем конфликте.

Одной из самых серьезных ошибок иранского планирования стала ставка на «Хезболлу». Открытие второго фронта на севере Израиля было призвано рассредоточить ресурсы коалиции, но на деле привело к тому, что Израиль получил легитимный повод для окончательного решения «ливанской проблемы». Наземное наступление на юге Ливана идет методично: израильские части уже вышли к реке Литани, уничтожая логистическую сеть и подземную инфраструктуру элитных подразделений «Радван».

Министр обороны Израиля Исраэль Кацофициально изменил правила игры, заявив, что Ливан как государство несет полную ответственность за действия группировки. Больше нет разделения на «террористов» и «правительство» – Бейруту дан четкий ультиматум: разоружение «Хезболлы» или полная деградация государственной инфраструктуры. Несмотря на ожесточенные обстрелы израильской территории, приведшие к гибели 14 человек и ранению более трех тысяч, израильское общество демонстрирует высокую стойкость. Технологический купол ПВО справляется с массированными атаками, позволяя армии продолжать операцию на севере без ущерба для темпов наступления на иранском направлении.

Центральным пунктом текущей фазы войны стало уничтожение экономического фундамента иранского режима – инфраструктуры острова Харк. Это «солнечное сплетение» иранского режима. Там через глубоководные терминалы проходит более 90% всей экспортируемой сырой нефти, которая обеспечивает КСИР. Установление контроля над этим объектом означает автоматический финансовый паралич Тегерана. Практическая фаза на этом направлении началась вечером 13 марта 2026 года. В ходе беспрецедентного по масштабам авианалета силы CENTCOM США поразили более 90 стратегических целей на острове. Были уничтожены склады морских мин, радарные посты и пусковые установки, которыми КСИР угрожал судоходству. Важно отметить, что сами нефтеналивные терминалы были намеренно сохранены в работоспособном состоянии. Это «стратегическая пауза»: терминалы оставлены как залог в будущих переговорах о капитуляции. Однако фактическое уничтожение системы обороны острова открыло возможность для проведения десантной операции. Переброска в регион 2500 американских морских пехотинцев служит четким сигналом: если Тегеран не прекратит сопротивление, «энергетическое сердце» Ирана перейдет под физический контроль коалиции.

Финальный аккорд в текущем раскладе сил поставил министр обороны Исраэль Кац. Его заявление от 11 марта, что операция будет продолжаться «без каких-либо временных ограничений», фактически дезавуирует все предыдущие попытки международного сообщества навязать сторонам режим прекращения огня. Это объявление новой доктрины: Израиль больше не заинтересован в «раундах» противостояния или временных перемириях. Цель – полная победа и окончательная нейтрализация угрозы. Это означает, что ни захват острова Харк, ни уничтожение ядерных лабораторий не станут сигналом к окончанию боев. Для Иерусалима война закончится только тогда, когда стратегический потенциал КСИР и всех его прокси-группировок будет окончательно превращен в пепел.