Война по клеткам

Иранец нарушил запрет аятолл – и сошёлся с израильтянкой за шахматной доской. Почему матч стал сенсацией и что ждёт спортсмена на родине?

В самый разгар войны с Ираном случилось событие, которое показало – два народа могут жить в мире без ненависти. На международном турнире Budapest Spring Festival 2026 (Group A) впервые за много лет друг с другом сыграли шахматисты из Израиля и Ирана.

Иранский соперник достался во втором туре Ярден Блох, спортсменке из Кирьят-Хаима. Она выступает за центр имени Моше Кацира в Зихрон-Яакове. «Я знала, что иранская федерация не позволяет своим игрокам соревноваться с израильтянами. Поэтому, узнав о результатах жребия, подумала: “Ну, все. Матча не будет. Все закончится технической победой из-за неявки соперника”», – рассказала 23-летняя Блох журналистам. Ее уверенность, что партия не состоится, только укрепилась утром в день игры. Израильтянка открыла телефон и увидела там новости об очередных атаках на Иран и новых «прилетах» из Ирана в Израиль. «Это выглядело грустно и иронично – читать такое за несколько часов до матча против иранского спортсмена», – сказала Блох.

В зал соревнований она пришла первой. Ярден села за шахматную доску, но, по ее словам, мыслями была уже далеко от игры, в которую не верила. Она думала, как проведет вечер, как будет звонить домой семье и подругам. И тут случилось нечто. Ее соперник, иранец Милад Шахтар, неожиданно появился перед столом, пожал ей руку и приступил к началу партии. В ходе матча он коротко рассказал израильтянке, что действительно не хотел выходить на игру – но передумал после того, как тоже почитал новости. «Он сказал, что решил участвовать, потому что надеется на перемены и на лучшее будущее для своего народа», – передала его слова Блох. А потом два спортсмена забыли обо всем и погрузились в борьбу. «Все стало просто. Шестьдесят четыре клетки и два игрока, которые любят одну и ту же игру», – сказала израильтянка.

Тот матч она проиграла – победа осталась за Шахтаром. Он был единственным иранским спортсменом на турнире в Будапеште. Изменилась ли его судьба после этого матча и столкнулся ли он с давлением после возвращения на родину – ничего не известно. В иранских СМИ об этом не писали – как и на сайте Международной федерации шахмат (ФИДЕ). В небольшом профиле Шахтара сказано, что он не выигрывал крупных турниров и не имеет титулов. При этом сам Иран остается одной из самых шахматных стран мира. По статистике ФИДЕ, в начале этого десятилетия Исламская Республика занимала пятую позицию в рейтинге стран с наибольшим количеством зарегистрированных игроков: их в Иране было больше 45 тысяч, причем больше 6000 – женщины. Вообще же, больше всего шахматистов в Индии – около 96 тысяч и России – около 94 тысяч.

«Матч Ярдены Блох против Милада Шахтара особенно примечателен, если учесть многолетнюю практику бойкотов со стороны иранских спортсменов», – заявили в Федерации шахмат Израиля. Там подчеркнули, что израильские шахматисты никогда не отказывались играть против кого бы то ни было – и всегда выступали за то, чтобы спорт оставался вне политики. «Обнадеживает, что в Иране есть шахматисты, предпочитающие соревноваться, а не бойкотировать», – заявили в федерации.

Однако в более широком контексте ситуация остаётся прежней. С 1983 года иранцам запрещено состязаться против израильтян во всех видах спорта – таким было решение Тегерана. В шахматах этот бойкот не раз привлекал внимание международных организаций. Последний официально задокументированный матч между шахматистами двух стран состоялся в 2019 году. Тогда в Испании иранские гроссмейстеры Мохаммад-Амин Табатабаи и Пархам Магсудлу сыграли блиц-партии против израильтянина Идо Горштейна. Оба иранца победили. В ФИДЕ увидели в этом признаки «оттепели». Представители федерации предположили, что Иран делает шаги к ослаблению 40-летнего запрета. «Это мужественное решение. Побеждают шахматы! Побеждает спорт!» – написал тогда выдающийся гроссмейстер Найджел Шорт. Однако позже оказалось, что ни о каком отказе от бойкота речи не идет. Представитель Шахматной федерации Ирана заявил, что спортсмены якобы вообще не знали о национальности соперника – а оттого и вышли на матч. В таком же ключе победу Табатабаи и Магсудлу преподносили и в местной прессе: там не упоминали о том, игрока какой страны они победили. Стало известно также, что 18-летний Табатабаи всего за два месяца до матча с Горштейном отказался от борьбы за титул на юниорском чемпионате мира. Он снялся с соревнований, потому что его соперником в сетке также оказался израильтянин.

Интересно, что при кажущейся безобидности шахматы не раз становились центром противостояния политических взглядов. Наиболее ярким примером такой борьбы, вероятно, может служить матч за звание чемпиона мира 1978 года. По разные стороны доски оказались тогда советский гроссмейстер Анатолий Карпов и «перебежчик» Виктор Корчной – двумя годами ранее он отказался возвращаться в СССР и попросил политического убежища в Нидерландах. В той чемпионской серии буквально сошлись в смертельной схватке условный капитализм Запада и социализм Востока.

Стул, на котором сидел Корчной, просвечивали рентгеном: советские агенты искали радиоустройство, которым, как предполагалось, пользовался «вражеский» гроссмейстер. В свою очередь, Корчной заявил, что Карпову помогают гипнотизеры. Один из них якобы сидел в первых рядах и «таращил» на Корчного глаза, сбивая того с мысли. «Перебежчик» защищался с помощью солнцезащитных очков. Но тут уже начинал жаловаться Карпов: якобы блики от этих очков мешали ему сосредоточиться. Позже Корчной нанял экстрасенса и двух йогов – чтобы те «блокировали» сигналы советской стороны. Соперники боролись за чемпионство три месяца. За это время они сыграли 32 партии, и в итоге победил Карпов. Но за противостоянием, затаив дыхание, следил весь мир.