Еврей против ветра

04.11.2022

Почему еврей должен всегда идти только своим путём, объясняет наш исторический корреспондент.

Несколько дней назад мы с женой вернулись из Греции, историей и культурой которой я бредил едва ли не с пяти лет – после того как посмотрел замечательный фильм «Триста спартанцев». Естественно, тот, первый, снятый ещё в 1962 году режиссером Рудольфом Мате. Евреем, к слову, по происхождению. Затем в школе к Древней Греции прибавился Древний Рим. И всё это античное моё увлечение продолжалось до 12 лет – пока я не прочел «Иудейскую войну» Фейхтвангера и не осознал, чем для нас, евреев, обернулась эта античность.

И вот теперь – за пять дней прогулок по музеям и археологическим раскопкам – я вдруг снова ощутил всю мощь языческой культуры и вновь вынужден был признать, что не поддаться её обаянию практически невозможно. Так я понял весь масштаб духовного подвига, совершенного нашим праотцом Авраамом.

Ведь родился и вырос он в Уре – крупнейшем на тот момент, как свидетельствуют данные раскопок и дошедших до нас письменных источников, центре высокоразвитой цивилизации. Только рассматривая артефакты этой цивилизации – украшения, оружие и утварь, – можно оценить весь уровень ее технологического развития.

Но помимо этого, Ур был ещё и столпом язычества той поры. Оно было отлично запечатлено в великом «Эпосе о Гильгамеше» и великолепных аккадо-шумерских мифах. Эта языческая идеология поражала своей мощью в храмах города. Её пропагандировали на площадях ораторы и поэты. Она овладевала сознанием людей, всё более и более утверждающихся в ее правильности и прогрессивности.

И она действительно была «прогрессивной» – ведь во времена старика Ноя люди верили, что Творец – только один. А причастившиеся к благам цивилизации вдруг решили, что мир слишком сложен и многообразен, чтобы управляться только Одной Силой.

Величайший интеллектуальный и духовный подвиг Авраама как раз и заключается в том, что, будучи рожденным в языческом обществе и воспитанным в соответствующей культуре, он, невзирая на мощное воздействие языческой пропаганды, самостоятельно и исключительно силой своего разума и логики пришёл к идее единственности Творца. И более того – осознав это, нашёл в себе силы порвать с тем обществом, с которым был связан бесчисленными невидимыми нитями.

Об этом и говорится в самой первой фразе библейской главы «Лех леха», которые евреи всего мира будут читать в синагогах в эту субботу: «Сказал Б-г Авраму: “Иди своим путем, из своей земли, от своей родни, из дома своего отца – в землю, которую Я укажу тебе”». Как отмечают комментаторы Священного текста, ни одно слово здесь не случайно. Каждый из нас так или иначе связан с землей своего рождения – её знакомыми с детства и такими любимыми пейзажами, языком и ментальностью её жителей, и любому человеку крайне тяжело от этого оторваться.

Но все же понятие «родина» у многих обычно ассоциируется не только с землей, но и с привычным кругом общения, с близкими друзьями, без которых просто не представима жизнь. Наконец, есть еще один мощный якорь, который удерживает человека на месте – «крыша дома своего», в котором ты был воспитан и сформировался как личность.

И вот все это Всевышний повелевает Авраму бросить и пойти даже не куда глаза глядят, а вообще в полную неизвестность – в землю, которую ему укажут Свыше, требуя полной покорности Своей воле. И Авраам эту полную покорность демонстрирует, закладывая тем самым алгоритм поведения еврейского народа на тысячелетия вперед – сколько раз и ему самому на протяжении жизни, и его ближним и дальним потомкам потом придется срываться с обжитых мест, начинать всё заново, но не отступая от веры отцов ни влево, ни вправо, и признавая Творца как единственную направляющую силу человеческой истории.

Кстати, этот навык Авраама – не поддаться даже самой изощренной и убедительной пропаганде и сохранить самостоятельность мышления и суждения – сегодня как никогда важен для всех нас вне зависимости от места жительства и национальности.

Но даже придя в уготовленное ему место и обнаружив там какую-никакую, но всё же цивилизацию, Авраам, в отличие от своего племянника Лота, не перенимает нравов этой цивилизации, которые мало чем отличаются, а в чем-то и еще более мерзкие, чем нравы и законы его родного Ура. Нет – он продолжает и там «идти своим путем», и этим и отличается от всего остального человечества. Таким образом, заповедь «Лех леха» – «идти своим путём» – является первой и самой важной заповедью, данной еврею Аврааму, а через него – и всем его потомкам.

Кстати, именно в этой главе впервые появляется слово «еврей». В рассказе о нападении царя Кедарлаомера на Содом и Гоморру: «Они также захватили в плен Лота, племянника Авраама, который жил в Содоме, и забрали его имущество. Пришел беглец и рассказал об этом еврею Аврааму, жившему у дубравы Мамрэ». В том эпизоде Авраам собирает армию, разбивает захватчиков и освобождает Лота и всех остальных пленников, включая царей, отказываясь принять какое-либо вознаграждение за это. Но для нас важно, что именно здесь он впервые назван «иври» – евреем.

Слово это обычно считают производным от слова «авар» – «перешёл» – и предлагают понимать его как в прямом, так и в переносном смысле. В прямом – поскольку, покинув Ур, Авраам «перешёл» Евфрат и оказался по другую сторону этой великой реки, своего дома и недавних соплеменников. А в переносном – поскольку с мировоззренческой и моральной точки зрения он оказался по другую сторону незримой реки от всего человечества.

Но дело в том, что само слово «иври» с грамматической точки зрения представляет собой, по сути, будущую форму все того же глагола авар – «пройти, перейти». То есть буквально перевести его можно как «тот, кто пройдёт». И это, безусловно, тоже не случайно. Это нам, рожденным как народ в ту эпоху, когда о древних греках и римлянах, не говоря уже о подавляющем большинстве других народов, никто и слыхом не слыхивал, суждено было пройти через все эти тысячелетия. Так что в самом нашем самоназвании заложены наша устремленность в будущее и наша историческая судьба.

И это представителям нашего народа в значительной степени предстояло определить будущее человечества во всех сферах жизни. А раввин Адин Штайнзальц вообще считал, что это не национальность, а экзистенциальная сущность, меняющая мир. Надо признать, не всегда «наши люди» меняли его к лучшему, но в итоге позитивную роль еврейского гения в истории не рискуют отрицать даже антисемиты.

Комментарии